olga_smir (olga_smir) wrote,
olga_smir
olga_smir

Цветник.

- Тебе понравилось в лагере? – спросила женщина идущего рядом мальчика. Судя по всему, она спрашивала его об этом уже не в первый раз.

 

- Ничего, - скучно ответил мальчик. В одной руке он держал надкусанную булочку в салфетке, в другой – полиэтиленовый пакетик из-под неё. Пакетик наполнялся ветром как парус.

- Ещё поедешь?

- Мам, ну я ведь только вчера приехал.

- Нет, не сейчас, а вообще. В будущем году.

- Ну не знаю… можно… если в будущем…

- Я думала, тебе понравится. Обзаведёшься новыми друзьями, - помолчав, сказала женщина…

- Но ты молодец, не маменькин сынок какой-нибудь, - закончила она примирительно.

Мальчик вдруг почувствовал раздражение. Он быстро взглянул на мать. «Действительно ничего не понимает или прикидывается?»

- Куда мы теперь идём? – спросил он тоскливо.

- Просто гуляем, - сказала она, неопределённо махнув рукой, - хотела тебе показать места, где мы в детстве ходили … одно место интересное …цветник …это недалеко, за цветочным магазином…

- Мне это неинтересно, - проговорил мальчик тихо и сразу же пожалел об этом.

- Тебе ничего не интересно. В Эрмитаж ты тоже не хочешь.

- Я там был уже.

- Ты был в четыре года. Но тебе ведь ничего вообще не надо. Вырастешь и станешь тупым жлобом. Будешь валяться на диване, пить пиво и пялиться на футбол по телеку. Как твой папаша.

- Хорошо, давай поедем в Эрмитаж.

- Да нет, поздно уже.

Некоторое время они снова шли молча. Было солнечно, но не жарко, порывистый ветер поднимал пыль с асфальта и гнал по небу потрепанные кучевые облака. Если б не шум машин, слышно было бы, как глухо шумит выгоревшая на солнце листва бледных городских лип. Кончалось лето.

Мальчик доел булочку, вытер губы салфеткой и сунул её в карман джинсов. Он взял мать за руку, а другой рукой с пакетиком по-прежнему размахивал, представляя себя парусником.

- Я в детстве здесь гуляла часто, - сказала женщина, - совсем мелкой ещё. Ну т.е. гулять, там с ребятами играть я ходила туда – к школе (она махнула рукой в противоположную сторону), а здесь я просто так бродила часто …одна. Тут, видишь, всё общаги, заводские дома … мы и сами в таком жили. Знаешь, у меня такое чувство было, помню, вот особенно вечером, когда везде в окнах свет зажигался – тогда ведь не боялись вечером ходить, и за детей не боялись, мы свободно одни гуляли – у меня такое чувство появлялось… как бы щемящее … что вот за каждым окном живут люди … какой-то своей жизнью … мне незнакомые, чужие, и в то же время… Что вот я их никогда, может, не узнаю … это даже как-то мучило меня.

Мальчик пожал плечами.

- У тебя что, друзей не было?

- Нет, почему, были. Это же другое.

Они свернули во двор общежития работников садово-паркового хозяйства. Общежитие – обшарпанная пятиэтажка – находилось в аварийном состоянии. Зато во дворе её жителями был разбит знаменитый на весь микрорайон цветник. Растения были подобраны так, что, как в известной сказке «Двенадцать месяцев», цвели с ранней весны, когда всюду ещё лежал грязными комками нерастаявший снег, до поздней осени и первых серьёзных заморозков – когда отцветали одни, начинали цвести другие. Но дело было даже не в разнообразии и великолепии редких и экзотических трав, поражало другое. В отличие от приусадебных любителей цветов, местные садоводы не гнались ни за аляповатой яркостью, ни за массовостью посадок. Каким-то образом большинство растений  существовало в единственном экземпляре, небольшими стройными отрядами они взбирались на невысокие насыпные холмики, переливаясь лилово-розовыми, зеленовато-голубыми кристаллами соцветий, окружая суровые тёмно-серые валуны, мелькая неяркими огоньками в золотистом мху, выбираясь из тени высокого папоротника.. Сквозь уличную гарь пробивался устойчивый терпкий и пряный запах травы. Покорёженная асфальтовая дорожка между своеобразными клумбами и сам осыпающийся серой штукатуркой дом казались не рядовой принадлежностью рабочего гетто, а естественной частью этого удивительного места.

- Как сюда попали эти камни, откуда посреди города мох и папоротник, как рядом уживаются обычные лесные, луговые и явно неместные незнакомые растения? – подумала женщина, но спросить было не у кого – двор казался абсолютно пустым. Только суровые хранители странного цветочного рая смотрели на них  молчаливо и пристально. Очевидно, главный из них возвышался крестообразным пугалом, раскинув пустые рукава неожиданно цивильного чёрного длиннополого пиджака. Самой странной частью была его голова – она могла бы увенчивать туловище манекена, только не в обычном магазине, а на выставке каких-нибудь стильных готических нарядов.  Мертвенно бледное лицо с чуть обозначенными белыми глазами и плотно сжатыми белыми губами увенчивала чёрная широкополая шляпа.  Навстречу ему устремились на старом Орлёнке без педалей два коричневых плюшевых медведя внушительных размеров со сдержанными потрёпанными мордами. Глаз одного из них прикрывала пиратская повязка.

Женщина оглянулась в поиске дикого кота, изогнувшегося в двойном сальто, и пронзительных комаров, взмывающих в вышину на воздушном шаре, но вспомнила о сыне. Ей захотелось сказать ему, возможно, что-нибудь поучительное, да просто что-нибудь сказать:

- Смотри, до чего здорово! Видишь, какие молодцы, как люди обустроили свой двор!

Мальчик резко засмеялся.

- Добро пожаловать в реальный мир! – произнёс он услышанную где-то фразу, показывая матери на что-то за её спиной.

Женщина обернулась и увидела то, что раньше не замечала или просто не обращала внимание. Узкий прямоугольник двора, превращенного в цветник, был зажат между пятиэтажкой с одной стороны, и серым забором, точнее, литой бетонной стеной – с другой. Сверху забор был густо увит мотками колючей проволоки. Видимо, за ним располагались гаражи или автостоянка или ещё что-то подобное.

- Как они любят это … проволоку-то эту всюду, - растерянно пробормотала женщина, - но это ведь ничего, всё равно красиво … может, дальше пойдём, погуляем ещё, а?! – предложила она неуверенно.

Мальчику всегда в таких случаях становилось жалко её, но сейчас что-то изменилось. Он ведь не был маменькиным сынком, да, он уже доказал.

- Пойдём домой, мама, - ответил он мягко, - нам ведь надо ещё в магазин зайти, ты сама говорила.

 

Subscribe

  • (no subject)

    Что такое харассмент? Как говорит один мой знакомый :" не слушайте критиков, дайте слово апологетам":…

  • (no subject)

    Чего я ждала. А какого ответа я ждала от убежденных и последовательных атеистов? Отчаянного и безоглядного - "верую, ибо абсурдно!" - ждала я. Да мол…

  • (no subject)

    Только совсем уж непритязательные люди не верят в Бога, - пишет Быков, и хотя это его суждение, как,впрочем,и многие другие, исключительно…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • (no subject)

    Что такое харассмент? Как говорит один мой знакомый :" не слушайте критиков, дайте слово апологетам":…

  • (no subject)

    Чего я ждала. А какого ответа я ждала от убежденных и последовательных атеистов? Отчаянного и безоглядного - "верую, ибо абсурдно!" - ждала я. Да мол…

  • (no subject)

    Только совсем уж непритязательные люди не верят в Бога, - пишет Быков, и хотя это его суждение, как,впрочем,и многие другие, исключительно…