olga_smir (olga_smir) wrote,
olga_smir
olga_smir

в блокнот агитатору и пропагандисту

В жизни есть много радости и счастья,и помирать, тем более, не самым комфортным способом, никому не охота. Становиться калекой без глаз, рук и ног, т.е. очевидно, терять часть этих приятностей, тоже, а может, и тем более. Еще более тем более обычно неохота, чтоб это случалось с твоими родными и близкими. Тем не менее, люди все-таки воюют, совершают революции и контр-революции, восстания, путчи и перевороты и даже просто вооруженные ограбления и наоборот экспроприации. Поэтому, если ты хочешь их отговорить от чего-то из этого списка (и как показывает опыт, чаще всего подговорить на другое - из того же списка), надо учитывать следующие варианты:

1. Крепостные крестьяне РИ героически воевали с армией буржуазной Франции, где крепостного права не было. Впрочем, не факт, конечно, что Наполеон отменил бы его в России в случае победы, но просто  само по себе интересно - не знаю, как это трактуется историками, но вот меня с малолетства этот парадокс интриговал как-то.  Возможно, те крепостные с розгами, кнутами и прочими шпицрутенами, распродаваемые поодиночке из семьи и на 25 лет в армии, по ходу не особо отрефлексировали ту ситуацию. Или черт знает. Вообще зачастую народ воспринимал оккупантов как меньшее зло, чем родное начальство и единокровных хозяев. Да так оно и было вроде по факту. Пример, часто приводимый хорошим знакомым - захват арабами Испании, приведший к её чрезвычайному расцвету, как и благоразумно прикидывали аборигены, открывавшие им ворота. Вероятно, отговорить воинственных испанцев воевать против захватчиков было нетрудно, и аргумент насчет недосуг терять ногу или голову за родного правителя был весомым. Насчет российских крестьян не знаю, впрочем, их, вероятно, не только никто не спрашивал, но как бы и сама возможность какой-то их объектности кроме как пушечного мяса и тягловой силы не рассматривалась.

2. Нет миру между классами, нет войне между народами и прочее превращение войны империалистической в войну гражданскую. Попросту говоря, обратить оружие против собственных хозяев и зажить без таковых вообще по ходу социальной революции. Можно сказать, что за это не жалко и ногу и голову, для счастливого будущего детей и свободы будущих поколений и т.п., а на миру и смерть красна и прочее (а кто-то и не согласится, кстати, а кто-то предположит, что без хозяев никак, обязательно подтянутся новые оттуда или отсюда и т.д.). Встает, кстати, и вопрос об очередности - и родные и иностранные хозяева зачастую хотят кушать и сидеть на твоей шее одновременно, а не поочередно, в общем, и конкурируя за место на ней промеж собой и твоими же руками. С кого начать, желательно ещё при этом приобретя оружие и навыки обращения с ним и не попав ещё под трибунал - отдельный проблемный вопрос. Еще раз - потерять жизнь, здоровье и красоту с большой вероятностью можно и там и там и сям, и на любой из воюющих сторон, и даже сидя дома на печи.

3. Отчасти объединение первых двух пунктов. Решая воевать или не воевать и, если воевать, то за кого, люди выбирают именно что меньшее зло для себя лично и для мира так сказать вообще, исходя из своих представлений об его надлежащем устройстве.  Так по малолетству я жила в поселке в Ленобласти в семье маминой подруги, чей дед при оккупации работал на немцев. Он работал не в гестапо, а водовозом, поэтому после освобождения его не посадили, а выслали, впрочем, в ссылке он и умер. В той семье коллаборационистский дед был семейным героем, в его честь все его дети назвали своих детей и отчасти внуков. Про немцев говорили исключительно положительно, впрочем, и к советской власти относились нейтрально, однако, ждали, что немцы распустят совхоз, поскольку он сильно ухудшил материальное положение той семьи, хоть они и до него были бедняками и как раз классово близкими. Эти люди не были ни цыганами, ни евреями, ни коммунистами, ни городскими студентами, ни передовыми рабочими в крупных пром.городах, судьба этих категорий населения по-видимому их не сильно волновала, как впрочем и наоборот, они просто разумно приноравливались к разному начальству, которое стихия приносила на их голову, и если выбирали (не в прямом, а в метафорическом, разумеется, смысле), то именно так - по минимальной его для себя вредоносности. Разумеется, собственной жизнью и здоровьем за этот "выбор" они платить не хотели, но как выяснилось, никто и не спрашивает в таких случаях.
Однако, не стоит считать их обязанными при этом чувствовать ещё и душевную сопричастность востребовавшей их так или иначе силе, как тетенька, возмущенная даже стихотворной безысходностью русской крестьянки, потерявшей в ВОВ всю семью.
Думаю, возможно, такой же примерно выбор делали и все те, кому при тех фашистах жизни бы не было чисто физически - и тоже вполне логично чего ж.
Ну а кто-то, кто готов пострадать не только за домочадцев, но и за други своя в широком смысле абстрактных, а на самом деле, более чем конкретных идей - и выбирал, возможно, между колониальной Англией, сталинским СССР, гитлеровской Германией или ещё чем-то подобным.

4. Собственно, такого рода подходы довольно универсальны и применимы вполне к современности. Тот или иной выбор ну или "выбор" жителей крымнаша или ещё там кого интересен не в контексте "нерушимости границ" и прочей "территориальной целостности", к которой вменяемые люди относятся вполне философски, а из-за особенностей тех режимов и политических систем и перспектив их развития и преобразования, которые тот выбор или "выбор" представляют. Нужно также иметь в виду, что когда вы забьетесь в падучей со страшными картинками мертвых и изувеченных людей на руках, вам могут предъявить не только страшные картинки прошлого и современности, зафиксированные на вашей стороне диванных баррикад, но и вполне логичные рассуждения, что все личные и общественные, вольные и невольные жертвы не напрасны, а принесены для пресечения большего зла, исходящего от вас. Ну например, в виде забитых и прочих замученных в новооборудованных подвалах нквд людей, вождений по главной улице с оркестром и в ошейниках политических оппонентов, похода на киев и на львов и прочего деклариемого расширения русского мира и прочей "целомудренной русской контр-революции" г. Стрелкова вширь и вглубь. Надо иметь в виду, также, что сторонник борьбы с одним злом не обязательно является сторонником другого зла, и может вполне резонно рассчитывать, разобравшись с одним, сугубо пристально заняться и другим. Впрочем, возможен, естественно, и другой, противоположный подход, только надо не истерить и не биться в падучей, а обосновать его - почему ваше зло менее злое, и стоит отдавать жизнь и здоровье за него, или даже если не отдавать, а просто посторониться и поберечь от него руки и ноги, оно не придет само и не откусит ненароком бошку.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments