November 19th, 2017

хоровод

в троллейбусе

Сижу на заднем сидении, которое спиной ко всем остальным. За мной негромко, но отчетливо базарят парень с девушкой. От нечего делать я прислушалась и стала пытаться их прикинуть, какие они, с детства любимая у меня игра в транспорте.
Девушка говорила негромко и по-хорошему спокойно, а если чуть повышала голос, он с приятной уверенностью её успокаивал- тише, тише. Вообще парень тоже понравился - не лебезит, но и не жлоб.
Потом он сказал очень разборчиво : надо начать жизнь заново, и я прямо полюбила его за это слова.
Хочется, чтоб с самого начала было все нормально, - глуховато ответила девушка. И я полюбила её тоже.
Потом она совсем почти замолчала, а стал говорить он - неразборчиво, негромко, но с какой-то очень отчетливой, артикулированной интонацией. И постепенно в ней, в интонации этой, появилось что-то другое - не спокойная уверенность, а самодовольная и сытная поучтельность и холеная нравоучительность, будто он ей гвозди в бошку вбивал и заколачивал, аккуратно и размеренно постукивая молоточком. Это я так детям на уроке, но они-то дети, и меня-то их родители и общество уполномочило им таблицу умножения с алфавитом в бошку запихнуть, а не что.
Он просто ловко и профессионально компостирует тебе мозги, - сказал парень о ком-то, да понятно, о ком, девушка прошептала что-то беспомощное, и все стало понятно. Елки, какой мерзавец.
Он ещё что-то погооворил в том же тоне, и я его уже прямо ненавидела, тем более, девушка все молчала.
А потом вообще началось что-то дикое.
Пой! Прямо здесь и сейчас, немедленно - пой! - потребовал он, даже чуток повысив голос, с той особой специфической наглостью, в любой момент готовой обернуться, наоборот, льстивой угодливостью,  которая отличает маменькиного сынка от подзаборного гопника, тоже наглого, но совершенно, конечно, по-другому.
Девушка молчала. Но хоть не запела, слава Богу. Так он нудил, наверно, ещё минут десять - пятнадцать - пой, пой, пой, пой, докажи, что не боишься. докажи. покажи, докажи. покажи. ты трусливый заяц, ты заяц, заяц, заяц, всего боишься, и того и сего, закомплексованная.
Хорошо бы она показала, наконец, что вовсе не заяц, и громко, решительно и определнно послала его нахуй, - мечтала я, - а лучше бы внезапно локтем в бок двинула со всей дури и в проход столкнула. Мы так с малыми часто толкались на большой кровати. И однажды они меня-таки столкнули вдвоем, мерзавцы. я даже чуток обиделась, хоть в этом и была игра.
Девушка ничего не отвечала и, как я почему-то представила, молча смотрела в окно.
Потом он чуток попритих. И стал расписывать тем же уже противным мне голосом  полное отсутствие всякого присутствия малейших бытовых неудобств, которое следовало...ну понятно, собственно из чего. Ты утром прямо в 6 сядешь на метро и поедешь, - говорил он, - целый день впереди. Сделаешь ты все свои эти домашние дела, сделаешь, не волнуйся, целый выходной ещё.
Девушка покорно и молчаливо соглашалась, и я прям прикинула, как он, сонно позевывая, еще и в халате, наверняка, выпроваживает её в шесть утра на первое метро, домой, на другой конец города, наверняка, чтоб она успела сделать свои домашние дела, запирает за ней свои замки.
Я лично была против, но в какой-то степени меня это даже примирило - хоть что-то человеческое. В конце концов, уж лучше переспать с этим занудой наедине, чем горланить песни на весь троллейбус, представая неадекватом и идиоткой у всех на глазах.
Троллейбус подъезжали к моей остановке, я встала и пошла не к задней двери, а к передней - хоть увидеть их напоследок. Все так и было,как я прикидывала - чуток простоватая, интеллигентная, робковатая миловидная девушка и этот весь такой на понтах, волосатый и лохматый, манерный и богемный мамин сын хипстер. Но они сидели, обнявшись, и может, все это херня, что я напридумывала.
berlin

Дмитрий Быков // "Профиль", №44, 20 ноября 2017 года

Марш акселератов

Депутат Госдумы от Волгограда Анна Кувычко, по профессии адвокат, собрала хор детей и исполнила с ними песню «Дядя Вова, мы с тобой». Хайпанула она, не дай Бог никому, поскольку большая часть российских зрителей ужаснулась как тексту, так и циничному использованию детей в политической акции; достигнута ли цель – неясно, потому что Анну интересовала, понятное дело, оценка совсем другого зрителя, а что он сказал, мы пока не знаем. Главное же последствие акции Кувычко – широкая общественная дискуссия о допустимости вовлечения деток в политику: сколь циничны функционеры «Единой России», упрекающие Навального в политических спекуляциях с участием школоты! Вон как они сами растлевают детские души! Рискну выступить с неожиданным заявлением: дети по определению вовлечены в политику, изолировать их от нее никак не получится. Сегодняшние дети быстро соображают и рано узнают о мире гораздо больше, чем мы в их года; это еще не делает их взрослей, и слава Богу, потому что взрослость чаще всего заключается в конформизме, но про то, как обстоят дела в России, они знают достаточно. Определяться по отношению к политике они будут неизбежно, просто потому, что политизация всей страны – главная особенность нового путинского срока. И прятать детей от этой политизации я не вижу никакого резона; разница в поведении одна. Кто-то будет звать детей на митинги, предоставляя им свободный выбор и способствуя их гражданскому созреванию, а кто-то будет переодевать их в военные костюмчики, вывозить в тренировочные лагеря с политическим подтекстом, обучать маршировке и хоровому пению «И как один умрем» и вообще лишать личной воли. Одни будут воспитывать нонконформистов и борцов, другие – лизунов и карьеристов, «бузотеров с разрешения всех святых», как называл это Мандельштам, сторонников «буйства с мандатом на буйство», как называл это Пастернак. Вот и вся разница. А воздержаться от использования детей в политике не может ни одна власть – особенно в России, где дети всегда являются главным аргументом. Если вы поддерживаете Майдан – значит, вы хотите, чтобы убивали детей Донбасса. Знакомы с такой аргументацией? Ну вот. Поэтому я не впадал бы в раж при виде самодеятельности Кувычко и даже не кричал бы на всех углах, что она воспитывает детей в атмосфере ненависти. Посудите сами, а оппозиция должна их, что ли, воспитывать в атмосфере любви и всепрощения? Когда школьники выходят на митинг с кроссовками и уточкой, это тоже делается не от умиления. Да и не нужно распространять атмосферу любви на всю общественную жизнь. У нас много вокруг такого, что должно вызывать самую настоящую ненависть. Если на глазах ребенка мучают других детей или просто животных – ребенок должен уметь ненавидеть мучителя, садиста, глумливого подонка. Если родителей ребенка бросают в камеру ни за что или эксплуатируют без зарплаты, ненависть к эксплуататорам ему даже полезна. Так что разница между оппозиционным и лоялистским воспитанием детей заключается только в одном. Навальный и другие оппозиционеры учат людей, выходящих на митинги, побеждать свой страх и выражать собственные мысли собственными словами. Сторонники «воспитания в Кувычках» учат их выкрикивать чужие слова, повторять чужие аргументы и подсаживаться на чужие, индуцированные эмоции. Вот и вся разница. Нельзя не воспитывать ребенка – в том числе политикой. Но можно воспитывать из него раба или надсмотрщика, а можно – бунтаря, и хотя бунтарь не слишком приятный сосед или родственник, зато у него есть шанс стать гражданином, а для раба это проблематично. Скажу вовсе уж неприятную вещь – я не поклонник нынешнего Лимонова. Но воспитанные им нонконформисты девяностых становились иногда очень приличными людьми, и некоторые сохраняли эту способность к сопротивлению удивительно долго. Конечно, нет ничего особенно хорошего в том, чтобы штурмовать общественные приемные или швыряться тортами; но люди, прошедшие через такое воспитание, оказываются иногда способными на поступок. Лимонова вечно упрекали в том, что он прикрывается молодыми, даже когда он сел сам, но этих молодых, будем честны, он кое-чему научил; иногда они бывали неразборчивы в целях и средствах, но иногда, напротив, обладали острым чутьем на всякую фальшь – и потому успели порвать с учителем еще до того, как он начисто переродился. Дети будут в политике, хотим мы того или нет. Вопрос в ином: будут они в ней мыслящими гражданами или злобными тупыми манекенами. Пока первый вариант выглядит реальнее, ибо что-что, а государственное растление Россия распознает.
хоровод

Крестный ход работников ГИБДД

Мне кажется, что весь внезапных шок - от того, что мы живем в Мск, в Питере, в каких-то ещё крупных городах в совершенно других, привилегированных условиях, не так. как остальная страна. И зарплаты другие, и условия другие и все другое. Тоже не сахар, но все же. Мне кажется даже сейчас очень сильно разделение именно по территориальному. а ен по соц. признаку. Рабочий, учитель, инженер, воспитатель, доктор из питера и из какого-то зажопинска - это совершенно разные люди, по социальному статусу, по уровню жизни, по возможностям материальным, по всему. Как говорила мне приятельница - а ты что думала, зачем сюда ехать-то, бросать родной дом, в этот ад и по 25 тысяч за комнату отдавать, если бы там можно было бы прожить, что нашлись бы охотники? Не счастья искать - нет, уборщицей работать, в магазе, на заводе. И жизнь там другая. Вот мы охреневаем да. А у сына приятельница. здесь учится в универе. Сама из какого-то городка, не из деревни, не самого даже и маленького. Не из низов - отец - перпод в местном институте, математик, мать - тоже, нормальная интеллигентная семья. Учмилась тоже - ну не в самой крутой может школе нои не в совсем дворовой, лицее каком-то. Так вот у них ОРКСЭ не учитель вел, как полагается, а натуральный поп, в рясе. И не рассказывал как у нас, о разных религиях и культурах, а натурально учил молитвы. И не только в 4 классе, а всю дорогу до конца. И никого это не смущало. И её родители, разумеется, критично и иронично к этому относящееся и её к тому же приучившие, относились к этому спокойно,к ак к данности, никто тревогу не бил и не возмущался.Посмеялись и ладно. И крестный ход у них тоже был во главе с этим попом прямо вокруг школы. И они смеялись. но шли, и никого в шок это не повергало,и родители в школу не бежали скандалить. Относились к этому как мы к учениям по пожарной эвакуации как к неизбежному злу или забавному разнообразию. А крестный ход был - за удачную сдачу егэ. И эта девушка, интеллигентная, умная, учащаяся в университете сейчас, спокойно про это рассказывает и не видит ничего такого, смеется. Я говорю, мы просто избаловались здесь в крупных городах, и не прикидываем,к ак и в чем живут люди.