September 21st, 2016

хоровод

(no subject)

Мне вообще ужасно всегда нравились так ненавидимые всевозможными сторонниками прогресса "ложные идентификаци". Мне ужасно нравилось быть папкиной дочкой и этого чувака девчонкой, мне дико доставляло быть диспетчером автобусного транспорта и продавщицей и нянечкой в саду и воспиталкой доставляло, а уж как помощницей повара в кафе доставляло отдельно, и яжематерью доставляло и любые другие статусы даже кроме сознательных таких идеологических.
Тема "ярусский какой восторг" для пафосных тупых ебланов, но человек, начинающий с того, что у него нет и не может быть никакой национальной принадлежности, тоже вызывает тягостное недоумение.
Я не вижу абсолютно, чем плоха национальная, культурная, религиозная и антирелигиозная, гендерная и прочая идентификация.
Вообще странно - мне кажется тема - наоборот увеличивать и расширять всякие вовлекающие человека общности - в смысле развития разностороннего его личности и осваиваемого пространства, а не сужать да. А личность как раз и проявляется через взаимодействие с окружающим миром и прочую там вовлеченность, а как ещё-то. От того, что ты в интернете себя в среднем роде обозначаешь, так от этого личность ни разу не проявляется, а только глупость,п о-моему. И гетеро- и гомосексуалистом и кем угодно круто быть. Западло быть только унылой и душной старой девой любого пола,  никого и ничего не способной вообще полюбить. И верующим круто быть и атеистом ещё круче. Скучно и уныло быть слегка кастрированным "наука доказала, что души не существует", тем более, что ничего подобного она не доказала.
В глубине душе мне как и Оруэллу кажется, что тот.к то не понимает прелесть этих глупых кондовых тем, никогда по-настоящему никому не сможет помочь и вообще чего-то сделать стоющее. Если он ничего здесь не любит, ничего ему не мило как-то. Это очень заметно, сразу видать, когда чел там чето топит за добро и красоту и прочую справедливость, а сразу видать, что ему вообще на все плевать, хоть тебе трава не расти.
Мне кажется, это как чел, который вообще никогда не работал. ему хоть самую интересную работу дай, он все равно не шибко приспособится.
хоровод

разоблачение 2.0

Глупый пИнгвин Лефантази решил меня, значит, разоблачить. Не могу молчать и все такое, душа типа горит.
Рассказываю за суть. Да я действительно не шибко считаю его за человека, он прав, об чем ему неоднократно и докладала чистосердечно. Но только к делу это совсем не относится. Мы действительно с ним уже один раз на эту тему говорили, никто его не банил (да и не баню, мне просто немного неприятно, но не баню), все уже обговорили и обсудили, и вот опять на чувака накатило, и он все забыл.
Итак глупый но упертый гражданин в который раз приводит эти свои мутные графики. Никаких ссылок, причем, откуда взяты соотв. сведения, нет, всюду, гдя я их гуглилиа, ссылки на того, одного и того же чувака, источников своих не раскрывающего. Так что лажа. Такие дела. Классово чуждые, прости господи.
Ну а я ему и в тот раз и в этот на это популярно отвечаю все то же самое. Что он изображает, что запамятовал.
На основе чего я делаю свои предположения и умозаключения.  Человек, по крайней мере, пишет, откуда он взял данные (а в некоторых других местах, кажется, и по другим областям проводит подобные подсчеты):

"сводные статистические данные по социальному составу репрессированных в 1937–38 годах по всей стране не опубликованы, но и соответствующие опубликованные данные по отдельным регионам позволяют сделать выводы, говорящие о многом. Так, в Ленинграде и Ленинградской области в 1937 году было расстреляно 17 807 человек, в целом по СССР — 353 074 человек. Данные по Ленинграду — это пятипроцентная, вполне репрезентативная, выборка. О её особенностях скажу ниже, перейду к обобщённым данным по этой выборке, опубликованным в томах 1–6 «Ленинградского мартиролога». Беспартийные среди этих почти 18 тыс. человек составляли 83,4%; члены и кандидаты в члены ВКП(б) (в т.ч. и бывшие — это чрезвычайно важно, поскольку подавляющее большинство осуждённых исключалось из партии до ареста) — 13,7%; о партийности 2,7% данных нет (но есть серьёзные основания считать их беспартийными).

По роду занятий расстрелянные делятся так: рабочие (в т.ч. железнодорожники и транспортные рабочие) — 26,4%; крестьяне (колхозники, работники совхозов и МТС, крестьяне-единоличники и т. п.) — 22,9%; работники «интеллигентных профессий», те, кого тогда называли «служащими» (ИТР, врачи, агрономы, фельдшеры, научные работники, учителя, учащиеся вузов и техникумов, работники культуры),— 17,1%; работники сферы обслуживания и торговли — 8,4%; служащие религиозного культа — 5,5%; 8,5% дают совместно пенсионеры, иждивенцы, домохозяйки, лица без определённых занятий, заключённые и лица, о роде занятий которых нет данных. Далее: руководители (советские, партийные и хозяйственные) — 5,5%; военнослужащие, сотрудники НКВД и охраны — 5,6%. Нетрудно понять, что эти 11,1% руководителей и обобщённо военных и дают основной вклад в вышеприведённые 13,7% партийных.

Таким образом, среди расстрелянных в 1937 году в Ленинграде «руководители» (в т.ч. военные) составляли около 11%, партийные — не дотягивали до 14%, остальные были в подавляющем большинстве простыми «работягами» с преобладанием рабочих и крестьян. Сходные данные имеются по Москве. Сравнение этих данных с имеющимися данными по другим регионам показывает, что процент «руководителей» и «партийных» в них значительно ниже (что вполне естественно).

Сходные результаты можно получить другим, вполне независимым путём. Опубликованы т. н. «сталинские списки» — перечни лиц, в подавляющем большинстве из высшего руководства СССР, осуждённых по личной санкции И. В. Сталина и его ближайших соратников по Политбюро ЦК ВКП(б) к разным мерам наказания — в большинстве к расстрелу (39 тыс. из 44,5 тыс. рассмотренных). Списки эти относятся к 1936–38 годам, в основном — 1937–38 годам. Следует подчеркнуть, что НКВД действительно не могло репрессировать никого из «руководящей элиты» (партийной, советской, хозяйственной, военной), в т. ч. и членов их семей, без личной санкции Сталина. С учётом данных об общем числе расстрелянных в эти годы (681 692 — в 1937–39, 682 810 — в 1936–38) получается, что доля высших «руководителей» в целом по стране была на уровне 5%, и даже с учётом среднего звена не превышала 10%.

По тем же данным «Ленинградского мартиролога» о национальном составе расстрелянных, можно утверждать, что процент каждой национальности приблизительно совпадал с его процентом среди жителей Ленинграда и Ленинградской области.

Следует также отметить, что поскольку расстрел гораздо чаще применялся к «высокопоставленным» арестованным, то в общей массе репрессированных граждан доля «начальников» было ещё меньше, чем указано выше."