olga_smir (olga_smir) wrote,
olga_smir
olga_smir

Моей подруге Женьке при увольнении с работы не заплатили за неиспользованный отпуск. Она работала в небольшом магазинчике ООО «СПб-ЗООКЛУБ» в Приморском районе продавцом-кассиром, торгуя соответственно всякой хренотенью для «домашних  любимцев». Я у нее корм покупала для своего крыса  и для рыбок тоже.

 

Ну вот, а при увольнении хозяин посоветовал ей засунуть ТК, который недвусмысленно предписывал выплату отпускной компенсации, и которым она хотела сразить мужика прям наповал, куда подальше, мягко говоря, и все такое.

 Ее официальный оклад был семь тысяч, получала она реально на руки тысяч двенадцать -  четырнадцать, а за неотгулянный отпуск рассчитывала получить эти самые официальные семь. В принципе, она одна с мелкой, престарелые родаки – оба пенсионеры, требующий постоянных выплат кредит в банке, в общем, положение не блестящее, и эти семь тысяч, которые у нее украл хозяин, если слово «украсть» употреблять не в плане «собственность – это кража», а в буржуазно-юридическом смысле – как присвоение юридически не принадлежащей тебе собственности, так вот эти небольшие, по-видимому, для него деньги были и остаются для Женьки значительной и, безусловно, нужной суммой.

Кроме того, ей, вероятно, было и просто тупо обидно, как бывает обидно самому обычному челу, ни разу не стороннику социальной революции;), когда его обирают и плюют в морду.  Мужик постоянно орал на нее, чаще всего матом, всячески унижал и доставал, что для Женьки было не вполне привычно – не потому, что она такая прям принцесса на горошине, и не потому, что у нас все буржуи обычно исключительно вежливы и предупредительны со своими работниками, а потому, что, несмотря на все свои возможные недостатки, Женька исключительно исполнительный и старательный работник, этого у нее не отнять, причем, довольно ревностно блюдущий интересы хозяйского бизнеса, - в общем, идеальный продавец, поэтому, и нареканий особых ей обычно не приходилось выслушивать. Когда-то мы работали вместе, так что я знаю.

Собственно, из-за этого она и ушла, в конце концов, из-за хамства этого и издевательства. Ну вот, правда, без отпускных, ага.

Короче, Женька решила обратиться в суд ага. Тем более, что дело вроде настолько очевидно, что даже и не придумаешь, к чему бы можно было подкопаться, чтоб не платить челу заработанные деньги. Она и оформлена была нормально – по трудовой, т.е. все как положено.

Т.е. сначала она позвонила в трудовую инспекцию. Там обещали разобраться, но ни хрена, конечно, делать не стали. Тогда она написала заявление в суд. Ну помогал, узнавал, как чего, какие документы, куда пойти, собственно заявление помогал писать мой товарищ троцкист. С одной стороны, на хрена это ему да? Женька, очевидно, не марксистска, не революционерка, не борец с системой, и никакой склонности к этому не проявляет. Никакую агитацию и пропаганду ей, конечно, не втюхаешь. Сутяжничество это - действие, очевидно,  ни разу не революционное. Он потратил кучу сил и времени, помогая совершенно чужому человеку, которого видел первый раз в жизни. Черт его знает. Возможно, те побуждения, так сказать, которые заставили его помогать Женьке, и те, что сделали его коммунистом – ну вроде как одного происхождения что ли.

Ну вот, ну как мы не старались, все равно каких-то нюансов не учли. Пришлось обращаться к юристу. В организацию, юридическую контору, созданную вроде как специально для защиты трудовых прав граждан – как бы с идейной направленностью. Называть ее не буду, потому что вроде кому-то там действительно помогли. Женька потратила довольно значительную сумму на консультации. В суде ей посоветовали взять адвоката. Та же юридическая контора настоятельно предлагала ей своего адвоката. Сумма, которую Женька должна была ему заплатить за предположительно два заседания суда, превышала ту сумму, которые она собиралась отсудить у бывшего хозяина.

Между тем и хозяин, у которого Женька долго и упорно пыталась выудить необходимые для суда документы, естественно понял, что чего-то тут не то. Документов не давал. И пригрозил Женьке посадить ее саму «за вымогательство»!

Наконец, добыв как-то необходимые справки или хотя бы справки об отказе дать справки, Женька понесла их в суд. Через некоторое время ей опять вернули иск. Там чего-то снова не хватило. Срок подачи заявления между тем по ходу кончался. Женька позвонила в ту юридическую контору, и молодой адвокат, ее консультировавший, спокойно сказал «конечно, не хватает расчета, это стоит тысячу всего, я сделаю». Ну мой приятель тот ей сам рассчитал, но Женька все-таки заплатила и получила «фирменный» расчет. Наконец, все вроде в порядке.

Женька стала ждать с трепетом заседания суда и торжества справедливости, надеясь получить все судебные издержки с ответчика. Однако, недавно ей сообщили, что никакого суда скорей всего не будет, и дело даже не будет принято к производству. Потому что владелец магазина, в котором она работала, быстренько закрыл свою фирму, и немедленно зарегистрировал новую – на том же месте типа, в тот же час, изменив только одну букву в названии. Так что, с него теперь и взятки гладки.

Женька опять позвонила адвокату. «Да, - так же спокойно сказал он, - такое бывает, что ж делать, тут уж ничего не попишешь».  Вопрос, почему об этой очевидной возможности чувак не предупредил ее заранее, Женька не стала задавать из деликатности.

Таким образом, Женька ждет. На следующей неделе пойдет к судье. Ее честно предупредили, что скорей всего зацепиться с этой перерегистрацией будет не за что, и дело к рассмотрению не примут. Но все-таки, на всякий случай.

Эта невеселая довольно типичная история, трагизма которой я не хочу преувеличивать, заставила в очередной раз задуматься над всяческими вещами. Как соотносится жизнь обычного обывателя и буржуазная система? Можно ли в ее рамках защитить самое обычное вполне буржуазное право на жизнь?

Наконец, стоит ли вообще ввязываться в подобные судебные тяжбы? И кому стоит, а кому нет? Стоит ли кому-нибудь помогать в этом неблагодарном занятии?

Прежде всего, на мой взгляд, для коммуниста здесь вопроса нет в главном. В том смысле, что, конечно, не только никакими судебными тяжбами, но и никакими там реформами и преобразованиями капиталистическую систему в целом не улучшить. Надо ломать и все такое.

Но а в частном случае?

Наши братья анархисты это сутяжничество, конечно, сильно не уважают и осуждают. Но Женька-то не анархистка, и не коммунистка, и вообще не революционерка ни разу. Между прочим, мне кажется, что анархисты не вполне врубаются, в чем тут дело, когда ведут свою антилегалистскую агитацию. Позволю себе предположить даже, что они несколько преувеличивают ту пропасть, которая отделяет сознание обывателя, «сохраняющего уважение к законам буржуазного государства», от сознания революционера, «выходящего за рамки системы» путем «игнорирования буржуазной законности».

Я не нашла соответствующих социологических исследований и не проводила их сама, но мой опыт общения с людьми, может, и не особо большой, вовсе не подтверждает наличие у большинства из них какого-то особого уважения или почтения к законам и юридическим нормам или там к правовой системе вообще. Может, в других странах, (ну там этих «цивилизованных и демократических») в массе своей где-то и испытывают, а у нас – чего-то я не заметила. Во всяком случае, Женька – точно нет.

Поступают так или иначе они совершенно по сходным с идейными анархистами причинам. Так же, как и анархисты, они продают свой труд и платят налоги, т.к. должны на что-то жить. Вступают в товаро-денежные отношения, чтоб получить необходимые для жизни товары и услуги. Переходят улицу на зеленый свет и даже не бросаются под колеса тачки, проехавшей с ветерком на красный, хотя, возможно, не одобряют засилье частного транспорта. Носят с собой ксиву с печатями, не потому, что испытывают к этим печатям особый трепет, а потому что не хотят, чтоб их пиздили в милиции.

Разумеется,  разница есть и принципиальная. Не только с анархистами, конечно. «Идейные» бьются за идею. Не только за себя, в конце концов. А Женька просто хотела получить семь тысяч. Ну возможно, некоторое моральное удовлетворение.

Причем, хочу заметить, что за торжество коммунизма, рабочей демократии или, скажем, анархии можно хотя бы теоретически пожертвовать жизнью или хотя бы свободой. Даже за «родную страну» можно, за веру, царя и отечество (хотя, разумеется, и не нужно!) Хотя, между нами говоря, желающих даже среди «идейных» не так уж много наблюдается. Но уж за семь тысяч – все-таки чересчур уж точно. Даже и за четырнадцать, пожалуй.

В этом плане критика анархистов в некотором смысле бьет мимо цели. Люди «таскаются по судам» вовсе не потому, что считают аморальным и безнравственным завалить буржуя или чиновника, в отместку за нанесенные им обиды. А потому, что не хотят провести остаток жизни в тюрьме или быть запытанными  насмерть в ментуре.

Они вовсе не «верят, что буржуазный суд им поможет» обязательно. Однако, они предпочитают некоторую пусть небольшую, вероятность этого в сочетании с небольшой вероятностью вышеописанных последствий для себя, возможно, повышенной вероятности добиться чего-то в сочетании с повышением вероятности получить, что называется, пиздюлей. Между прочим, они вовсе не против, чтоб кто-то это сделал за них. Только вот желающих вроде не так уж чтоб очередь выстраивалась.

Ну Женька мне говорила да, может твои друзья этого урода как-бы того, ну поговорят там с ним типа по-свойски. А я ей отвечала, ага, а может ТВОИ многочисленные друзья сперва с ним пообщаются, они же вроде на вид много круче и даже тупо крепче моих, ага.

Женька не добьется скорей всего своих семи тысяч. Но она скорей всего останется на свободе, жива и невредима. Возможно, найдет другую работу, точнее, уже нашла и работает.

С другой стороны, какое в данном случае возможно было бы прямое действие?

Перекрытие трассы вряд ли подходит. Завалить хозяина – дало бы, очевидно, лишь моральное удовлетворение.  Экспроприировать его при этом? Или просто экспроприировать? Поджечь магазин (опять же, лишь моральное удовлетворение)?

Во всех этих случаях люди, не занимающиеся профессионально и не имеющие некого опыта подобной деятельности, очевидно с большой долей вероятности рискуют быть пойманными со всеми вытекающими отсюда, особенно в нашей стране, последствиями.

Кроме того, у нас не Франция, и рабочих, протестующих против увольнения взятием в заложники директора или угрозой взорвать завод – при отсутствии общей революционной ситуации – скорей всего просто перебьет ОМОН как террористов, а не выплатят им значительную компенсацию.

Можно сказать, что такое систематическое, ну скажем так, сопротивление трудящихся, если не выльется в пролетарскую революцию так или иначе, то, показав силу рабочего класса, заставит буржуазию пойти на некоторые уступки – как в той же Франции. С другой стороны, и рабочий класс в целом, вдохновляясь примером подобных действий, участвуя в них, отучится от подчинения законам, и наоборот, научится смелости, солидарности и самоуправлению.

Однако, как мне кажется, большинство трудящихся на данный момент вовсе не чувствуют себя частью рабочего класса и не жаждут бороться за его интересы в целом. Я говорю не только о таких далеко не авангардных отрядах пролетариата, как скажем, продавцы, подобные Женьке. Ну просто, на мой взгляд, если б это было не так, то УЖЕ если бы пролетарское восстание и не началось, в отсутствие революционной ситуации, то уж массовая коммунистическая партия бы существовала и действовала вовсю, в том числе, кстати, и подпольно  (ну или, допустим, для анархистов – массовое анархическое движение).

С другой стороны, по моим наблюдениям, человек, даже вступающий в подобный конфликт, хочет, прежде всего, и часто, единственно, именно того, что он незатейливо требует – выплаты денег, восстановления на работе, соблюдения каких-то записанных в какой-то официальной бумажке правил, которое облегчило бы ему и так несладкую жизнь.

И наконец, я не смогла найти статистики по судебным тяжбам между гражданами и бизнесом, но лично знаю немало случаев, когда трудящиеся выигрывали подобные тяжбы. О подобных случаях нередко рапортует, кстати, пресловутый Соцпроф. На слуху недавнее восстановление и присуждение компенсации Евгению Иванову с Джи-Эм Авто. И т.д. Более того. Как сообщает нам анархист, по официальной статистике вообще в России большинство подобных исков против буржуев судом удовлетворяются.

Разумеется, не далеко не факт, что судебное решение будет выполняться, и рабочий получит, скажем, присужденные ему деньги – и случаев таких полно. И естественно, у меня, как и у приводящего ее анархиста, есть сомнения в истинности этой статистики. И наконец, разумеется, никакие судебные тяжбы не могут остановить наступления неолиберального капитализма на права трудящихся по всем, так сказать, фронтам, не говоря уж о том, конечно, чтоб победить систему наемного рабства в целом.

Однако, реальная вероятность получить желаемое конкретным человеком все же очевидно есть.

При этом в целом  вероятность репрессий «в отместку» хоть и существует, но не так уж велика. Судьба Валентина Урусова, бывшего причем не рядовым «жалобщиком», а достаточно боевым активистом, лидером устраивавшего забастовки профсоюза, пока в России все же не рядовое явление. Во всяком случае, пока.

И наконец, опять же я не располагаю, естественно, данными социологических опросов на этот счет. Но работая за свою жизнь во многих достаточно местах, я не заметила нигде особого массового во всяком случае низкопоклонства перед частной собственностью и официальными законами, инструкциями и прочими правилами внутреннего и внешнего распорядка (в отличие, кстати, от указаний непосредственного начальства, независимо от того, «законны» они или нет, а в зависимости скорей от того, вне или в зоне видимости этого начальства ты находишься). Более того. Тот самый любимый нашими товарищами анархистами стихийный саботаж и даже, как бы это выразиться, стихийная экспроприация достаточно распространенное у нас явление, в отличие от прочих видов рабочего сопротивления и рабочей борьбы, если разумеется их считать таковыми. Кстати, лично я только за и всецело это дело приветствую – если, разумеется, речь идет о «экспроприации» и вообще «вредительстве» у буржуя или буржую и у буржуйского государства, а не о воровстве или ущербе – непосредственном или опосредованном - у такого же трудящегося.  Однако, по моим наблюдениям, эти, кстати, мне вполне симпатичные, бессознательные бунтари, стихийные проповедники даосского учения о «недеянии» или инстинктивные сторонники принципа «ты на работе хозяин, а не гость – тащи же с завода каждый гвоздь», к которым я сама отчасти относилась в некоторых случаях (ну пожалуй, кроме «несунов»), в наименьшей степени склонны к любой – хоть организованной, хоть самоорганизованной, хоть стихийной – борьбе за социальную революцию вообще и за права трудящихся в частности.

Кстати, к слову, это вполне может парадоксальным образом сочетаться со старательностью и даже рвением – как собственно, в случае с Женькой.

Только участвуя в прямом противостоянии со всеми элементами системы, в прямом действии, противостоя всем ее законам и правилам, мы превращаемся из рабов системы в людей, - говорят нам анархисты.

Но большинство трудящихся во всяком случае сейчас у нас, очевидно, к которым собственно и обращена эта агитация и пропаганда, не рассматривают себя не только как часть угнетенного системой наемного рабства класса, но и вообще в общественном контексте. Они и так чувствуют себя людьми, насколько я могу видеть, - не в смысле разумных существ, способных осознавать, сознательными усилиями определять и менять как свою жизнь, так и окружающую, в том числе и общественную, реальность, а в смысле широко пропагандируемых, наряду с сопутствующими коммерческими атрибутами, и имеющих реальную основу «чисто человеческих» ценностей» - например, общению с природой, друзьями, близкими, детьми, семьей, домашними любимцами – для того или иного класса и сорта доступа к которым капитализм пока еще вполне бойко продает той или иной степени дороговизны билетики, принимая в уплату в той или иной степени прилежный труд и примерное поведение.

И наконец, в связи с уже упомянутыми здесь профсоюзами. Я говорю, естественно не об официальных, так называемых, профсоюзах, являющихся просто придатком управленческого аппарата собственника средств производства, в лучшем случае, берущем на себя некоторые минимальные функции соцобеспечения, а о независимых профсоюзах. Их природа как корпораций по более выгодной продаже рабочей силы, раскрытая классиками, ясна всем, во всяком случае, марксистам. И роль их не столько в том, что это массовые организации, состоящие из рабочих, сколько в том, что они объединяют трудящихся именно по классовому признаку, причем противопоставляя их интересы в той или иной форме интересам собственника средств производства, особенно в ходе открытых конфликтов, например, забастовок. Естественно всем понятна их ограниченность – в силу самой их природы, вытекающей из природы буржуазного общества, но ведь это естественная ограниченность и самого рабочего класса в буржуазном обществе. Никакие самые радикальные профсоюзы, по-моему, не смогут заменить революционную организацию, и никакая организация, построенная на их основе или на основе их объединения, но это и не нужно. На мой взгляд, они являются одним из естественных и эффективных средств выработки того самого классового сознания, без которого невозможно никакое революционное, в том числе, и прямое, действие.

Закономерно ли вписывание изначально независимого «свободного» профсоюза в политическую систему буржуазного государства, подобно Соцпрофу? Да, для этого есть до кучи предпосылок.

Закономерно ли сотрудничество лидеров профсоюза с националистическими, и уже одним этим антикоммунистическими силами, подобно лидеру Фордовского профсоюза, вступившего в недавно созданный «Ротфронт» и заседавшего в президиуме вместе с другим участником этого движения, лидером «Армии воли народа», практически фашистом Мухиным? Да, определенная «прагматичная» логика профсоюзной борьбы, вероятно, в этом есть.

Однако, с тем же успехом можно отметить, что и рабочий класс вообще, в силу своего подчиненного положения, которое не «отменишь», разумеется, никакими красивыми, эффектными и героическими акциями, подвержен воздействию господствующей буржуазной, националистической, антикоммунистической пропаганды.

Задача коммуниста в этом случае, мне кажется, состоит в использовании тех зачатков классового сознания, появившегося во многом благодаря той самой профсоюзной борьбе, для собственно коммунистической агитации, разоблачающей, в том числе, и подобные явления.

Если же говорить о той самой простой меркантильной выгоде для работника, то насколько я знаю, на крупных предприятиях, где есть профсоюзы, колдоговор и прочее, работников хоть и наебывают, конечно, так или иначе, по-мелкому и по-крупному, но такого явного кидалова вроде обычно не допускают, и трудовой кодекс хотя бы для вида и в наиболее общеизвестных  темах обычно чтят. Возможно, это связано, правда, с тем, что на крупном предприятии с его прибылями администрации меньше резонов обсчитывать тебя на копейку, портя себе имидж, да и ты оказываешься в несколько другом положении, отчасти членом рабочего коллектива, а не один на один с самодуром хозяином, что кстати, еще один довод в пользу роли именно промышленного пролетариата.

Кроме того, на мой взгляд, самое важное. Что могут предложить анархисты людям, которые вдруг последуют их советам и пойдут тернистым путем индийских пролетариев, в том числе, разумеется, и самим себе. На мой, возможно, неосведомленный взгляд, в отличие от своих предшественников анархистов или эсеров-максималистов и в отличие от своих, как они считают, злейших врагов большевиков – ничего. Есть ли у них организация, способная обеспечить переход людей на нелегальное положение? Способны и готовы ли они содержать и обеспечивать людей в подполье? Способны ли вести свою деятельность в таких специфических условиях и располагают ли всеми необходимыми, так сказать, атрибутами для подобной деятельности? И т.д., не вдаваясь, так сказать, в подробности. Причем, если это будет всего лишь та же чисто пропагандистская деятельность, то ее смысл просто теряется – пропагандировать пока что зачастую, хоть и не всегда, можно многое.

Естественно, я не предлагаю отвечать на эти провокационные вопросы, что называется, публично, а лишь предлагаю задуматься над ними самим анархистам.

На мой же взгляд, да именно такая организация и нужна. Кстати, лично я считаю, что если бы появилась и подобная анархо-комуннистическая организация, ну с соответственными их, конечно, оговорками, особенностями и прибамбасами – это было бы только здорово и полезно. Во всяком случае, в сегодняшних условиях, когда любая пропаганда против частной собственности и буржуазного государства, за коммунистические, с теми или иными оговорками, ценности, за организацию пролетариата для революционного слома системы – уже ничего себе, на мой взгляд.

 Ну естественно, на мой взгляд, правильная организация - не анархистская, а марксистская, коммунистическая. Способная выработать четкие стратегические и тактические задачи. Ведущая пропаганду и агитацию во всех слоях трудящегося населения, особенно в среде промышленного пролетариата. Занимающаяся как марксистским просвещением и образованием, так сказать, и самопросвещением и самообразованием, так и участием  в той рабочей борьбе, которая существует на данный момент. Располагающая для этой борьбы, для ее поддержки, организации, расширения, радикализации, направления в нужное русло необходимыми людскими, интеллектуальными, материальными ресурсами. Включающая в себя, в том числе, людей, полностью посвятивших свою жизнь революционной деятельности – профессиональных революционеров. Не ограничивающая себя ни разу в выборе средств по ходу революционной борьбы, но в силу того, что люди, входящие в нее, являются материалистами, не абсолютизирующая форму этих средств, а выбирающая таковую в соответствии с содержанием, как нам это завещал товарищ Троцкий. Короче говоря, наверно, речь идет о революционной коммунистической рабочей партии, извиняюсь за пафос.

 

Subscribe

  • (no subject)

    Такой вопрос - а вообще в какой степени, до какого предела, руководствуясь, возможно, какими общими принципами, в каких случаях и с какими целями вы…

  • (no subject)

    Чем ещё могут быть, наверно, полезны левые секты - они учат человека чувствовать себя чужим среди людей, приучают к вот этому вот экзистенциальному…

  • (no subject)

    Кстати, на тему новой популярной песни Васи Обломова (Беги, дружище, беги, да) еще Шнуров давно пел, ну так, по-высоцки,тоже не шибко затейливо, но…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments

  • (no subject)

    Такой вопрос - а вообще в какой степени, до какого предела, руководствуясь, возможно, какими общими принципами, в каких случаях и с какими целями вы…

  • (no subject)

    Чем ещё могут быть, наверно, полезны левые секты - они учат человека чувствовать себя чужим среди людей, приучают к вот этому вот экзистенциальному…

  • (no subject)

    Кстати, на тему новой популярной песни Васи Обломова (Беги, дружище, беги, да) еще Шнуров давно пел, ну так, по-высоцки,тоже не шибко затейливо, но…