olga_smir (olga_smir) wrote,
olga_smir
olga_smir

Category:

Слезинка ребенка и новый тоталитаризм: что пандемия подарила государствам

https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=10158310380704911&id=680979910

Вот этот текст из Андрея Громова из Репаблика практически слово в слово совпадает с моими мыслями на эту тему. Я бы и сам очень хотел написать такой текст. Поскольку он за пэйволом, я копирую его весь сюда. Мне кажется, что он очень важен и я всем советую его прочесть.

Слезинка ребенка и новый тоталитаризм: что пандемия подарила государствам

Гуманитаризм, незаметно подменивший собой гуманизм, – как раз та сила, которая в XXI веке может оказаться основанием для возвращения тоталитарных режимов. С предельно человеческим лицом. Настолько, что даже страшно

Недавно президент России Владимир Владимирович Путин выступил с обращением к гражданам России. И сказал примерно следующее: каждая человеческая жизнь для нас обладает высшей ценностью и никакие другие ценности или резоны не могут стоять выше нее. Буквально это звучало так: «С ценностями взаимопомощи, взаимовыручки, солидарности Россия живет тысячу лет. И сегодня они – главная опора нашей государственности»…..”Для нас сейчас главное – это люди, их жизнь. Иной выбор для нашего народа неприемлем. Твердо знаю, что так думает, поступает по совести абсолютное большинство из вас. Сохраним, сбережем людей. А всё остальное приложится”. Про спартанцев и Джека Лондона, упомянутых в том же обращении все тоже помнят.

Схожие речи, переполненные идеями гуманизма, произносят сегодня политические лидеры по всему миру. Причем едва ли не в первую очередь те, от кого клятв в верности гуманизму вовсе никто и не ожидал. Опять же, ну вот хотя бы пару месяцев назад где был Путин, а где гуманизм? Коронавирус радикально изменил главенствующую риторику и идеологию власти.

Не покидает ощущение, что если бы были живы, например, Чаушеску или Саддам Хуссейн, они сейчас тоже заговорили бы о высшей ценности человеческой жизни и о “слезинке ребенка”. И строго карали бы всех, кто не разделяет эти ценности. В общем, наступила эра гуманизма.

Кстати, заметим, что на наших глазах изменилась не только риторика, но и институциональная база государства. Медсистема – воспринимаемая ранее как часть “социалки” – сегодня стала государствообразующим институтом. Именно сохранение этой системы, по сути дела, – единственное внятное объяснение необходимости жесткого карантина. Именно о врачах сегодня пишут и говорят как о героях, защитниках и надежде Отечества. То есть, мы буквально наблюдаем сдвиг риторики, перенос атрибутов с прежних ключевых институтов государства (армии, полиции, спецслужб) на медицинскую систему. Несколько месяцев назад прославляемые государством герои сражались в Сирии, а не в “красных зонах” ковид-госпиталей.

Что ж, давайте попробуем разобраться, что это за гуманизм, который внезапно, к нашей радости, стал править миром.

Во-первых, не внезапно. Во-вторых, не гуманизм. А в-третьих, очень похоже, что совсем не к нашей радости. Впрочем, по порядку.

Гуманизм и гуманитаризм
Начнем с гуманизма. Гуманизм хоть и появляется в античности, развивается и утверждается на основании осмысления христианской идеи свободы воли. Да, высшая христианская ценность – спасение и вечная жизнь, но реализуются они не автоматически, а в результате самореализации человека здесь на земле на основании его свободной воли. А потому главная задача людей, общества и государства – создать условия для этой самореализации. Потому высшей ценностью является отдельная человеческая личность, ее свобода и возможности самореализации. Это и есть основание гуманизма.

Ценность человеческой ⁠жизни для гуманизма очень важна, но ⁠не является абсолютной. Она производное от ценности свободы воли ⁠человека и возможностей его самореализации.

А теперь вернемся ⁠к Путину. «Безусловная ценность современной цивилизации – это, ⁠конечно, свобода. Свобода каждого гражданина. Но жизнь каждого ⁠человека неповторима, является абсолютной ценностью, данной нам свыше…. Да, любые ⁠запреты, пусть даже оправданные, но нарушающие устоявшееся течение жизни, конечно, раздражают, даже злят. Но трудно согласиться, когда такое раздражение выливается в пренебрежение к окружающим, в самолюбование, в громкие слова об ущемлении личной свободы, конституционных прав». Этот гуманизм явно не опирается на свободу как на высшую ценность. Даже наоборот, вполне конкретно противопоставлен ей. Ценность человеческой жизни тут оправдывает любые ограничения свободы и возможностей отдельного человека.

То есть, мы имеем дело не с гуманизмом, а с новой идеологией, где «ценность человеческой жизни» становится абсолютной категорией.

И эту идеологию, разумеется, не Путин придумал. Призрак этой идеологии уже несколько десятилетий бродил по Европе (а также по Америке и прочим странам). Долгая история секуляризации размыла изначальный смысл гуманистических идей и логику, связывающую эти идеи и ценности свободы. Зато жизнь стала богаче, проще, комфортнее и легче, а потому прямое восприятие ее ценности стало доминирующим. Ну и наконец, триумфальное шествие научно-прогрессистских идей, в основе которых представление о тотальной предопределенности человеческого поведения набором хромосом и биохимическими реакциями. Какая уж тут свобода воли – если души нет, а есть только геном и биохимические реакции в мозгу и печени. Так что остается одна абсолютная ценность – жизнь. Для всего остального есть (или будут изобретены) таблетки.

Триумфальное шествие гуманитаризма (назову его так для внятности изложения) началось с тех групп элит, представителей которых по недоразумению принято называть либералами. Но эпидемия коронавируса показала огромный потенциал гуманитаризма для реализации программ государственного контроля.

Какая еще идея смогла бы без серьезных полицейских мер заставить сидеть дома большую часть населения земли? И теперь риторику гуманитаризма стремительно осваивают все, кто зачем-то хочет управлять и властвовать. Причем лидеры, ориентированные на классические авторитарно-этатистские ценности («Make America Great Again», «Global Britain», «Страна-победитель»), очень не сразу увидели этот потенциал и до последнего держались прежней государственнической риторики. Но теперь зато стремительно всех догоняют и даже обгоняют по части нового гуманизма. Разве что Лукашенко проявил свое фирменное крестьянское упрямство.

То есть, то, что мы принимаем за гуманистическую риторику, никакого отношения к гуманизму не имеет. Никто особенно не собирается признавать высшую ценность человеческой личности. И тем более свободы воли человека. Даже наоборот – новая риторика высшей ценности человеческой жизни оказалась очень удобной технологией подавления свободы. Точнее, – полного игнорирования самой проблемы свободы. Если старые «людоедские» технологии вступали с идеей человечности и свободы в прямую конфронтацию, то идея ценности жизни позволяет все это просто игнорировать. Поскольку выглядит, подается и воспринимается как предельно человечная.

Новый тоталитаризм
Итак. Есть высшая ценность, которая обладает абсолютной моральной убедительностью, и на этом основании отменяет любые другие.

Насчет абсолютной убедительности: попробуем представить себе спор вокруг любого аргумента в новой риторике гуманитаризма. На тезис: «Это делается ради того, чтобы сохранить жизнь» просто невозможно возразить, не оказавшись в положении морального урода. Любая цифра больше нуля становится абсолютным аргументом. На сообщение «Сегодня умерло 2 человека», мы, естественно, откликаемся с болью и тревогой. И любые возражение – «это мало», «ничего страшного» и пр. выглядят бесчеловечно, аморально и подло. Логика абсолютной ценности человеческой жизни отменяет любой анализ. Жизнь – бесценна. Никакие наши ракеты в Алеппо, уничтожившие террористов, и даже «крымнаш» и близко не обладают такой силой и убедительностью.

У рассуждений о высшей ценности человеческой жизни в ее гуманитаристском изводе есть критическая проблема. Люди смертны. Они все равно будут умирать, как и какими способами ни борись за их жизнь. Настоящий гуманизм включает идею смертности человека в свои базовые основания: свободная воля и самореализация человека на земле смерть человека не отменяют (ну, а в пределе ценностей – христианская концепция вечной жизни: «Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа»).

Однако эта, казалось бы, критическая проблема создает мощный манипулятивный потенциал гуманитаризма. А для идеологий подавления и контроля манипулятивность – очень важное свойство. Борьба за жизнь людей может легко быть направляемой и управляемой по желанию властей или любых других акторов. Вот сейчас, когда закончится эпидемия и реальная смертельная проблема перестанет стоять столь остро, всегда можно будет найти новую столь же реальную «смертельную проблему». Всегда есть те, кто умирает и всегда будут. Эту кнопку можно включать и выключать.

Власть (не только российская) теперь знает волшебные слова – «ценность человеческой жизни». Жесткий карантин везде будут потихоньку снимать, но очевидно никто не будет торопиться полностью демонтировать карантинную систему. Потому что для власти, особенно авторитарной, она очень удобна. Главное найти комфортный баланс «карантинных ограничений» для экономики (то есть, для осваивания денег околовластными группами). Пропуска – очень хороший и малозатратный инструмент контроля. Их вполне можно оставить. Возможность вводить и отменять ограничения на свободное передвижение – тоже. Опять же, митинги, деятельность оппозиции – ну как же можно ставить под угрозу жизнь людей! И это так, первые прикидки. Своего слова не сказали еще силовые структуры и спецслужбы, а ведь есть силы и личности, которые злоумышляют против ценности человеческой жизни, и с ними надо нещадно бороться. Ну, и вспомним родную историю – бывают еще и врачи-вредители.

«Слезинка ребенка», «жизнь рядового Райана», «смерть старика, сидящего в ожидании у костра», в отрыве от базовых ценностей гуманизма становятся очень опасной даже не идеологией, а технологией подавления и контроля. Гуманитаризм – как раз та сила, которая в XXI веке может оказаться основанием для возвращения тоталитарных режимов. С предельно человеческим лицом. Настолько, что даже страшно.

Страшно, в том числе, потому что мы все легко станем коммунистами, комсомольцами и управдомами этого нового режима. Потому что во всех нас так много сочувствия, сострадания и стремления быть соучастниками чего-то хорошего и прекрасного. И добрые люди обязательно дадут нам повод гордиться собой и быть соучастниками великой борьбы за ценность человеческой жизни. Мы и не заметим, как сочувствие и сострадание превратятся в жестокость и безразличие.

Вот и я пишу сейчас этот текст и останавливаю себя… Ну как же так, брось, не стоят твоя свобода и вся гармония мира «хотя бы одного только того замученного ребёнка».
Subscribe

  • Про уродов и людей

    Хотя здесь конкретно, собственно, только про людей: https://m.facebook.com/groups/280351769845903/permalink/512021640012247/ Сегодня на судилище…

  • (no subject)

    Metoo У меня не шибко привлекательная внешность, плохой характер, я могу в запале обидеть и оскорбить человека, а иногда и не совсем в запале. Всю…

  • Фет

    Мне особенно это офигенное "моя дорогая" заходит, чуток насмешливое, надменное и офигенно горькое, эта вообще интонация чисто. Ну и вообще все. На…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments

  • Про уродов и людей

    Хотя здесь конкретно, собственно, только про людей: https://m.facebook.com/groups/280351769845903/permalink/512021640012247/ Сегодня на судилище…

  • (no subject)

    Metoo У меня не шибко привлекательная внешность, плохой характер, я могу в запале обидеть и оскорбить человека, а иногда и не совсем в запале. Всю…

  • Фет

    Мне особенно это офигенное "моя дорогая" заходит, чуток насмешливое, надменное и офигенно горькое, эта вообще интонация чисто. Ну и вообще все. На…